Саймон Уильямс, наследник состояния от оружейной империи, всегда мечтал о свете софитов, а не о скучных балансовых отчётах. Его жизнь напоминала плохой голливудский сценарий: парень из богатой семьи хочет славы, но вместо оваций получает пучок ионных лучей в грудь. Теперь он может летать, стал невероятно сильным и светится в темноте — буквально. Идеальная метафора для знаменитости, чья карьера зависит от удачного кадра.
В мире, где супергерои снимаются в ток-шоу и ведут инстаграм, Саймон пытается быть «настоящим артистом». Он страдает от вечной дилеммы: спасать мир или читать отзывы на свою последнюю роль в независимом кино. Его агент, вечно нервный тип в дорогом костюме, настаивает на ребрендинге. «Чудо-человек» звучит слишком по-деревенски, нужно что-то на языке трендов, вроде «Квантовый аватара» или «Светящийся легитимный наследник».
Он посещает вечеринки, где злодеи в дорогих костюмах обсуждают с продюсерами сиквелы своих провальных захватов мира. Его сила — это и есть его трагедия: он буквально питается энергией, которую поглощает, включая энергию аплодисментов. Овации зала для него — как ужин в мишленовском ресторане. Без них он слабеет, становится обычным. Голливудская система, где популярность — валюта, а твоя сущность зависит от лайков, воплотилась в нём в самой буквальной форме.
Его главный враг — не сумасшедший титан или инопланетянин, а собственный имидж. Пиар-кампании, спин-оффы, договоры о товарах… Иногда он ловит себя на мысли, что, отражая энергетические лучи, он просто делает эффектный кадр для будущего постера. Он стал персонажем не только в комиксах, но и в бесконечном, абсурдном ситкоме под названием «Слава». И финальный кадр всегда один: герой, застывший в героической позе на фоне заката, с едва заметной усталостью в глазах. Потому что завтра — снова съёмки.
